Кто придет на смену Паскалю Кушпену? | Qui remplacera Pascal Couchepin?

Как известно, свято место пусто не бывает и незаменимых нет. Мы уже сообщали читателям, что в прошлую пятницу федеральный советник с одиннадцатилетним стажем Паскаль Кушпен объявил, что заканчивает с политикой и переходит к консервированию вишни.  Немедленно встал вопрос, кто же займет его место в «великолепной семерке»? Кандидатов объявилось немало, и каждый стремится теперь доказать, что он лучше всех.

Банальная политическая ситуация, скажете вы. Конечно, но есть один нюанс, характерный именно для Швейцарии. Поводом для самого острого дебата стало не обсуждение достоинств - или их отсутствия - потенциальных преемников Кушпена, а лингвистическая репрезентативность Федерального совета. Статья Конституции на этот счет, добавленная в 1999 году, гласит: «Разные языковые регионы и коммуны должны быть равномерно представлены в Федеральном совете». Ранее существовала статья, запрещавшая избирать в Совет более одно представителя из одного и того же кантона, то есть до 1999 года два цюрихца, Морис Лейнбергер и Ули Маурер не смогли бы одновременно быть членами правительства. Изменение формулировки в сторону ее послабления дает возможности толковать это правило по-разному.

Вот и сейчас, в момент выборов преемника Кушпена, вопрос языкового баланса вновь оказался на поверхности. В этом контексте особо пристальному изучению подверглась степень «романдности» возможного кандидата от Христианско-демократической партии из Фрибура Урса Шваллера.

Швейцарские средства массовой  информации дружно ухватились за эту тему после того, как  президент Либерально-радикальной партии Фульвио Пелли исключил возможность избрания Шваллера, мотивировав это тем, что тот «не романдец».

В ответ Шваллер заявил в интервью газете «La Liberté»: «Я сначала фрибуржец, а потом уже романдец. Я представитель лингвистического меньшинства кантона Фрибур, входящего в Романдскую Швейцарию». По мнению Урса Шваллера, Пелли, «опасающийся за собственное место в Совете, пытается начать войну языков». Фрибуржец полагает, что эта тема устерела и нет смысла к ней возвращаться.

Напомним тем читателям, которые в Швейцарии недавно или не особенно следят за местной политической жизнью, что подобная ситуация уже возникала вокруг кандидатуры немецкоязычной представительницы Фрибура Руфи Люти, претендовавшей на место Руфи Дрейфус в 2002 году. Тогда, после долгих дебатов, парламент все же предпочел ей «чистокровную романдку» - Мишлин Кальми-Ре.

А вот фрибуржца Жозефа Дейса в 1999 году, как говорится, пронесло, правда, в то время в правительстве уже находились два представителя Романдии – Руфь Дрейфус и Паскаль Кушпен. Однако на всем протяжении своей политической карьеры Дейс проходил как «полу-романдец» - из-за тенденции изъяснятся то по-французски,то по-немецки.

В учебниках новейшей швейцарской истории этот эпизод отражен так: «избрание фрибуржца позволило трем романдцам одновременно заседать в Федеральном Совете".

Чаще всего расклад получается такой: пять «немцев» против двух «французов», но возможна и комбинация два романдца, один представитель Тичино и четыре – немецкоязычной Швейцарии. Пример такого трио – Паскаль Кушпен, Руфь Дрейфус и Флавио Коттти с 1986 по 1999 год.

Швейцария часто, и справедливо, приводится  в пример как эталон мирного культурного и языкового сосуществования. Но это в мирное время, а во время выборов – это уж как во время выборов. Как только результат борьбы за место в Федеральном Совете будет ясен, мы обязательно сообщим нашим читателям.

Статьи по теме:

До свидания, господин Кушпен!