«Диктатура» Эгмонт | Le «diktat» d’Egmont

На прошлой неделе Национальный совет одобрил внесение изменений в «Закон о борьбе с отмыванием денег и финансированием терроризма». Большинство парламентариев считает, что Швейцария должна соответствовать нормам GAFI/FATF – межправительственной «Группы по разработке финансовых мер по борьбе с отмыванием денег». Поэтому результаты голосования не стали сюрпризом: 105 голосов «за», 48 – «против».

Правда, тут следует сделать оговорку. Уступки, на которые в данном случае готова идти Конфедерация, – не требования самой FATF, а условия, выдвигаемые группой Egmont. Это неформальное объединение включает в себя более сотни управлений по финансовой разведке. Первая встреча этих спецслужб состоялась в 1995 году в Egmont Arenberg Palace в Брюсселе, откуда и пошло название группы. В объединение входят службы разных стран, в том числе Сеть по борьбе с финансовой преступностью США (FinCEN), Агентство по борьбе с организованной преступностью Великобритании (SOCA), Информационное управление по борьбе с отмыванием денег Швейцарии (MROS), Федеральная служба по финансовому мониторингу России и Госфинмониторинг Украины.

Egmont имеет статус наблюдателя при FATF, которая была создана в 1989 году на встрече тогда еще «Большой семерки» в Париже (до вступления России). Целью FATF является борьба с терроризмом и организованной преступностью. Ее методы – отслеживание денежных потоков, полученных криминальным путем, на этапе их легализации. Швейцария состоит в FATF с 1990 года. Первый «Закон о борьбе с отмыванием денег» был принят Конфедерацией в 1997 году.

Вносимые изменения – результат ультиматума, который получила альпийская республика от группы Egmont. Год назад Конфедерация была поставлена перед выбором – принять условия Egmont или выйти из объединения. Ив Нидеггер, национальный советник от Швейцарской народной партии, возмущен тем, что группа, которая даже не обладает статусом международной организации, диктует стране, какие изменения она должна внести в свои законы и в какие сроки! Зачем выполнять необязательные требования, которые в очередной раз подвергают опасности банковскую тайну (или то, что он нее осталось) и позволяют обойти действующую процедуру юридической взаимопомощи? А угроза исключить Информационное управление Швейцарии по борьбе с отмыванием денег из группы Egmont выглядит не слишком пугающе. Особенно если учесть, что MROS гораздо чаще получает запросы от иностранных коллег, чем запрашивает информацию сам.

Однако, несмотря на уверенность некоторых парламентариев в том, что в Швейцарии действует самое строгое законодательство по борьбе с отмыванием денег, большое количество запросов в MROS, скорее, говорит об обратном. Изменения в нормативных актах, которые помогут Швейцарии упрочить ее репутацию в финансовой сфере, одобряют многие.

До сих пор MROS было единственным управлением в группе Egmont, которое отказывалось передавать своим партнерам финансовую информацию. Правда, как отмечает Жан-Кристоф Швааб, представитель Социалистической партии, даже сейчас речь не идет об автоматической передаче данных. Если действия граждан по швейцарским законам не являются правонарушениями в области отмывания денег, то им нечего бояться.

Согласно вносимым поправкам, Швейцария сможет передавать номера банковских счетов и информацию о движении средств или остатках на счетах. Эти данные пока защищены банковской тайной. MROS заключит протокол технической поддержки для сотрудничества с иностранными партнерами. Управление сможет получать информацию о подозрительных банковских операциях от других финансовых учреждений. Однако оно будет не вправе выдавать название финансового посредника, кроме тех случаев, когда анонимность информатора гарантирована.

Национальный совет уточнил, что возможность передача данных исключена, если затронуты национальные интересы или безопасность страны. Другие предложения, призывающие ограничить сферу действия управления по борьбе с отмыванием денег, не имели успеха. А попытки Ива Нидеггера сорвать установление «диктатуры» Egmont потерпели полное поражение.